Детский клуб-сад
Виктории Мироновой


Новости клуба: вКонтакте и Facebook

  +38 (093) 168–70–52
Киев. Украина

Папы особых детей

Все члены семьи одинаково важны и очень значимы для развития особого ребенка. Много внимания специалистов уделяется матерям особых детей, в то время как отцы часто упускаются из вида.

Для начала важно разобраться, а что же чувствуют, какие переживания испытывают папы детей, имеющих особенности развития?

В обществе традиционно мужчинам приписывалась роль, которая должна включать в себя способность разрешать проблемы, независимость, рациональное мышление, неэмоциональность. Женщинам же, наоборот, приписывалось внимание к чувствам и эмоциональным потребностям, зависимость, сотрудничество. Такие роли ассоциировали женщин с материнством и заботой о детях, а мужчин — с заработком средств на пропитание. Ныне же эти роли смягчились и перестали быть достаточно жесткими.

И все же присутствуют некоторые различия в поведении отцов и матерей, возникающие вскоре после рождения ребенка. Матери больше времени посвящают уходу за ребенком — отцы предпочитают с ним играть. Папы держатся с детьми более активно и спонтанно, не боятся подбрасывать их в воздух, вообще предпочитают физические игры, в отличие от мам, которые чаще играют с детьми в ладушки, прятки и т.п. Однако и мамы, и папы в своих играх приспосабливаются к уровню развития ребенка, что подтверждает равную чувствительность пап и мам к развитию малыша. Эти общие наблюдения показывают, что отец вполне способен заботиться о маленьком ребенке и полноценно общаться с ним.

Рождение ребенка — стресс для обоих родителей. Появление в семье ребенка означает, что оба родителя должны пересмотреть свои супружеские роли и принять на себя новые обязанности. Радость и возбуждение скоро уступают место усталости, сомнениям в своей родительской компетентности и двойственным чувствам, связанным с потерей свободы. Соответственно, до, во время и после родов для родителей нормально испытывать стресс. А если ребенок родился с какими-либо нарушениями, не такой, каким его ожидали и представляли родители, то в семье случается полномасштабный кризис.

Lamb & Meyer (1991) отмечают, что отцы и матери с самого начала по-разному реагируют на известие о нарушениях у ребенка. Отцы, как правило, реагируют менее эмоционально и задают вопросы о долгосрочных последствиях нарушений; матери проявляют более эмоциональную реакцию и выражают боязнь не справиться с бременем забот о ребенке. Однако, иногда можно встретить отцов, для которых главной проблемой являются повседневные последствия нарушений, и матерей, беспокоящихся о том, сколько денег уйдет на больного ребенка.

Отцы больше матерей озабочены социально приемлемым поведением своих детей (особенно сыновей), а также их социальным статусом и карьерой. В результате отцы больше матерей беспокоятся о долгосрочных последствиях нарушений у своего ребенка и, возможно, больше расстраиваются в случаях, когда нарушения заметны внешне (Lamb & Meyer, 1991; Tallman, 1965). В поведении некоторых отцов последствия этого разочарования иногда могут проявляться двумя крайностями: либо отец глубоко вовлечен в воспитание ребенка, либо полностью от него отстраняется.

Реакции отцов на детей с особенностями развития могут определять собой реакции других членов семьи, т.е. отец «задает тон» в семье. Соответственно, от равнодушия отца страдает не только особый ребенок, но и весь климат в семье. Эта ситуация возникает тогда, когда отцы, испытывающие тяжелый стресс, пытаются справиться с ним при помощи стратегий избегания и ухода. Когда отец отстраняется от семьи, это задевает других членов семьи и вынуждает их как-то реагировать. Например, при отстранении отца бремя заботы о ребенке падает на других членов семьи, прежде всего на мать. Когда это происходит, другие члены семьи испытывают гнев и раздражение, и напряжение в семье возрастает. Отстраняясь, отцы оставляют матерей наедине с эмоционально и физически трудными задачами, связанными с заботой о больном ребенке. В этом случае отцы несут большую ответственность за то, что позволяют нарушениям ребенка негативно воздействовать на семейную жизнь. Если же отец активно включается в заботу о ребенке, наградой за это становится его собственное удовлетворение и сплочение семьи (Lamb & Meyer, 1991).

Эмоциональные проблемы отца могут маскироваться его стремлением вести себя стоически и контролировать свои эмоции (D.J. Meyer и др., 1985). Некоторым мужчинам трудно выражать горе и печаль, поскольку выражение этих чувств часто воспринимается как признак слабости. В то время как мать младенца испытывает шок и депрессию, отец может подавлять собственные чувства, считая, что выражать их будет «не по-мужски» или что он должен быть сильным, чтобы поддерживать жену. Некоторые отцы подавляют свои чувства, считая их открытое выражение немужественным; другие стоически реагируют на волнение матери, желая сохранить в семье некий эмоциональный баланс. Ведь еще с детства их учили, что мужчина должен всегда себя контролировать и что «большие мальчики» не плачут. Такое поведение усугубляет стресс для отцов и затрудняет осознание ими собственных чувств.

Будучи отцами детей с нарушениями, эти мужчины испытывают различные и весьма сильные эмоции, которые они не готовы ни осознать, ни выразить. Например, многие чувствуют раздражение на врачей, сообщивших диагноз, полагая, что эти доктора разговаривали с ними чересчур коротко и черство. Далее, отцы обнаруживают свою зависимость от суждений специалистов. Они тяжело переживают эту зависимость, поскольку перестают чувствовать себя хозяевами собственной жизни и компетентными родителями. Мужчины растут и воспитываются как «деятели», способные активно противостоять любой проблеме. Пассивность перед лицом кризиса угрожает мужчинам, которые с детства учились быть «сильными», не показывать слабость (главным образом, подавляя свои эмоции) и успешно справляться с любыми трудностями. Возможно, самое ужасное для отца состоит в том, что он не может просто «исправить» нарушения ребенка, — и к переживаниям по поводу этой ситуации добавляется то, что он считает себя не вправе эти переживания выражать.

Говоря в целом, отцы, по-видимому, довольно хорошо приспосабливаются к своим детям. Видимо, большинство отцов без особых проблем включают в свою жизнь ребенка с нарушениями, а некоторые даже извлекают из этого опыта полезные уроки, способствующие их внутреннему росту. Однако для некоторых это становится тяжелым испытанием. И даже жизненный опыт большинства отцов, прекрасно справляющихся со своими трудностями, во многом резко отличается от опыта отцов обычных детей.

Поскольку отец является важным источником поддержки для своей жены и других членов семьи, необходимо, чтобы он научился относительно спокойно относиться к нарушениям своего ребенка.

Исходя из того, что отцы особых детей могут не принимать своих детей и отстраняться от них; могут страдать от пониженной самооценки и ощущения собственной некомпетентности; могут испытывать тяжелую фрустрацию, сталкиваясь с собственными представлениями о недопустимости для мужчины проявления сильных эмоций, встают вопросы: как может отец научиться принимать своего ребенка и прийти к гармонии с эмоциями, которые ему так трудно выражать?

Очень полезным будет «разговор по душам» с близкими людьми, поддержка со стороны жены. Необходимо, чтобы специалисты, которые работают с ребенком, всячески вовлекали отцов в семейные дела и в программы развития ребенка. Отцам необходима информация о нарушениях их детей, информация о программах и услугах и внимание, не уступающее вниманию к матерям. Специалистам необходимо организовывать свою работу так, чтобы в ней могли участвовать и отцы: составлять расписание, удобное для обоих родителей, отправлять на дом рассылки и информационные материалы, интересные обоим родителям, активно интересоваться мнением отцов об их ребенке, их тревогами, их восприятием предоставляемых услуг.

 

* По мотивам книги «Обычные семьи, особые дети. Системный подход к помощи детям с нарушениями развития» (Милтон Селигман, Розалин Бенджамин Дарлинг)